В начале восьмидесятых в Ленинграде зарождалось нечто новое. Виктор Цой, тогда еще работавший на заводе и учившийся в художественном училище, вместе с Алексеем Рыбиным и Олегом Валинским создал группу. Сначала она называлась «Гарин и Гиперболоиды», но вскоре появилось короткое и звучное имя — «Кино». Репетировали где придется — в квартирах, на заброшенных дачах, в подвалах. Звук был сырой, энергичный, но в нем уже угадывалась та самая, еще не сформулированная тоска и прямота.
Особую роль в этой истории сыграл Майк Науменко, лидер «Зоопарка». Он был уже заметной фигурой в местной тусовке. Майк не просто поддерживал Цоя — он буквально ввел его в круг ленинградского рок-авангарда, дал записаться на своей домашней аппаратуре. Их дружба была не про панибратство, а про взаимное уважение и общую веру в музыку, которая говорила правду.
Тогда же в жизни Виктора появилась Наталья. Она не была просто женой — стала опорой, человеком, который верил в него без всяких условий. В тесной коммуналке, среди бытовых неурядиц, рождались тексты и мелодии, которые позже узнала вся страна.
Вокруг кипела жизнь маленького, но невероятно яркого мира. Сергей Курёхин, Борис Гребенщиков, Антон Адасинский, Артемий Троицкий — все они были частью одной среды, где спорили до хрипоты, помогали друг другу, создавали новую культуру буквально на коленке. 1981 год стал точкой отсчета, когда из шума квартирников и шепота магнитофонных записей начало звучать «Кино». Это было время, когда все только начиналось.